Калачинск – типичный российский малый город. Калачинский район – типичный сельский район. Наверное, не самый бедный, но и богатым его не назовешь. Расположен на юго-востоке Омской области, население – около 50 тыс. человек, из них половина – в Калачинске. Жители гордятся своей древней историей – район был основан аж в 1794 году. Через него проходит Транссибирская железнодорожная магистраль и две федеральные трассы – эдакие градообразующие предприятия. В путеводителе написано, что железная дорога и автодороги «обусловили развитие города и всего района в целом».
Впрочем, я не о географии вовсе. Вернее, не только о географии. Я о своих впечатлениях. В Калачинском районе я провел всего полдня, в том числе два часа – в машине, в дороге из Омска и обратно. По пути мне несколько раз попадались желтые «пазики» - школьные автобусы. На пустынной дороге, где изредка встречались лишь дребезжащие грузовики и замызганные «жигуленки», они казались пришельцами из другого мира. В Калачинске я побывал в двух школах, пообщался с директорами, учителями, с муниципальными образовательными управленцами и с главой района – Петром Александровичем Череповым. Когда-то он был учителем, не так давно был заместителем главы по социальным вопросам. Став главой, провел школьную реформу в отдельно взятом районе.
Сейчас в Калачинске 47 школ. Несколько лет назад их было более 60-ти. Доходило до того, что в начальных школах (я бы даже сказал – школках) во всех четырех классах училось менее десяти учеников, то есть и класс-комплекта не набиралось. И дело даже не в том, что содержание такой школы – непосильная ноша для муниципального бюджета. Чему там дети могут научиться, когда нет ни современной техники, ни штата учителей? «Чтобы закрыть школы, мы должны провести сход граждан и принять решение на основании результатов всеобщего голосования, - рассказывал мне Петр Черепов. - Но есть другой законный путь, который позволяет безболезненно, без митингов и пустых слов, способствовать принятию этого решения: сделать все начальные школы структурными подразделениями больших ресурсных школ и постепенно организовать подвоз туда детей на школьных автобусах».
Пошли по этому законному пути. Выбрали школы – ресурсные центры (в других регионах их называют базовыми, опорными и еще какими-то правильными словами). К ним на правах филиалов присоединили начальные школки, расположенные в соседних селах. Директор принимает решение: обучать детей, «приписанных» к филиалам, в основном школьном здании. Школьных автобусов в районе хоть отбавляй – на сегодня их 17 (без нацпроекта «Образование», разумеется, дело не обошлось – см. недавний пост про школьный автобус, хотя свои средства вкладывали и район, и Омская область). Так что с подвозом проблем нет. Были случаи, когда родители возражали, но им говорили примерно так: «Давайте попробуем! Если детям будет тяжело, если вам не понравится, то оставим все как есть!» В результате, побывав вместе с детьми в ресурсной школе, родители перестали сопротивляться. Причина очень простая. Они увидели, что дети, поучившись там, становятся совсем другими. Более общительными, раскованными, у них появляются новые интересы и новые друзья.
Вот цитата из Петра Черепова – обязательно опубликую его комментарий в официальном министерском журнале «Вестник образования»: «Мы исходим из того, что малокомплектные школы для детей ОПАСНЫ: там практически невозможно дать качественное образование. Учить детей 1-го, 2-го, 3-го и 4-го класса приходится на одном уроке одному учителю. Если в школе один класс-комплект, там не может быть более одного учителя. Если же в малокомплектной школе учатся дети до 9-го, а то и до 11-го класса, то образование вообще теряет смысл. Когда в 10-м и 11-м классе уроки совмещены, то есть учитель работает в течение 45 минут по программе сначала одного, а затем другого класса, дети получают на 50% меньше знаний».
Столь глубокое понимание школьной проблематики в контексте одновременно государственной образовательной политики и развития отдельно взятого муниципалитета поразило меня до глубины души. Когда я бываю в сельских районах, то, как правило, общение с главой района – это дань вежливости: вот, дескать, приехал представитель столичной прессы и одновременно федерального министерства, ему надо пожать руку, угостить чаем или еще чем покрепче, сказать пару официальных слов… А вот Петр Александрович Черепов рассказал мне столько, сколько не каждый региональный министр образования расскажет. За рамками этого поста я оставляю много информации – о том, как в Калачинском районе удалось добиться почти 100-процентного охвата школьников горячим питанием, как местный учебно-производственный комбинат был превращен в центр непрерывного образования, что происходит с высвободившимися школьными зданиями и проч.
И в заключение немного о том, что я увидел в городе Калачинске своими глазами.
Первое впечатление – объединение двух национальных проектов на территории одной школы. Эта школа стоит не рядом с дорогой, а чуть поодаль, между проезжей частью и зданием – свободное пространство. В рамках нацпроекта «Здоровье» на этой территории построили офис врача общей практики. Это, действительно, офис с современным оборудованием, удобной мебелью и обычной для среднестатистической российской поликлиники наглядной агитацией на стенах (о пользе прививок, вреде курения и проч.). Вход для взрослых пациентов – со стороны дороги. А в той части офиса, который находится ближе к школе, - вход для школьников. Их принимают в отдельном кабинете, отделенным от «взрослой» части этой мини-поликлиники дверью, запертой на ключ. Кто придумал расположить офис рядом со школой, я не знаю, - может быть, умные головы в Москве, а, может быть, Петр Александрович Черепов? Но реализовал идею он – это уж точно. Вот вам пример той самой оптимизации, хоть это слово и не любят нынешние реформаторы, пусть даже в пределах одного школьного двора.
И второе впечатление. В той школе, которая рядом с офисом врача, я зашел в столовую. Все чинно, благородно, пообедать можно за столь ничтожную сумму, за которую в Москве на автобусе не проедешь. Вкусно. Рыбные котлеты в наших школьных столовых от Чукотки до Калининграда делаются по единой технологии, как гамбургеры в «Макдональдсах» от Нью-Йорка до Москвы. На табуретке стоит огромная бутыль с питьевой водой, рядом – пластиковые стаканы. Сам недавно наблюдал, как толпа старшеклассников в одной весьма престижной московской школе, выбежав после урока физкультуры, утоляла жажду водой из-под кранов, несуразно и почти что синхронно засовывая головы в раковины в коридоре возле столовой. А в Калачинске - как в элитных частных школах. Вот вам бутыль, вот одноразовые стаканчики. С этого, наверное, и должна начинаться настоящая школьная реформа.
